Вам 35–40 лет: возраст рассудительности

Wystan Hugh Auden

Stop all the clocks, cut off the telephone,
Prevent the dog from barking with a juicy bone,
Silence the pianos and with muffled drum
Bring out the coffin, let the mourners come.

Let aeroplanes circle moaning overhead
Scribbling on the sky the message He is Dead
Put crepe bows round the white necks of the public doves,
Let the traffic policeman wear black cotton gloves.

He was me North, my South, my East and West,
My working week and my Sunday rest,
My noon, my midnight, my talk, my song
I thought that love would last for ever, I was wrong.

The stars are not wanted now: put out every one;
Pack up the moon and dismantle the sun;
Pour away the ocean and sweep up the wood,
For nothing now can ever come to any good.

Часы останови, забудь про телефон
И бобику дай кость, чтобы не тявкал он.
Накрой чехлом рояль; под барабана дробь
И всхлипыванья пусть теперь выносят гроб.

Пускай аэроплан, свой объясняя вой,
Начертит в небесах “Он мертв” над головой,
И лебедь в бабочку из крепа спрячет грусть,
Регулировщики – в перчатках черных пусть.

Он был мой Север, Юг, мой Запад, мой Восток,
Мой шестидневный труд, мой выходной восторг,
Слова и их мотив, местоимений сплав.
Любви, считал я, нет конца. Я был не прав.

Созвездья погаси и больше не смотри
Вверх. Упакуй луну и солнце разбери,
Слей в чашку океан, лес чисто подмети.
Отныне ничего в них больше не найти.

"......Загорелые девушки ищут состоятельных мужчин;

Известные итальянские лейблы красуются на всех частях тела;

Сколько гламура и блеска,  если бы читающий журнал Птюч молодой человек середины 90-х пошел в знаменитый в свое время клуб «Титаник» то непременно бы удивился, увидев всех этих разодетых в лейблы людей. В России побывали почти все значимые имена мировой клубной сцены.  Как жаль что и это не помогло.  Музыка тут ни при чем. В большинстве клубов она так и осталась всего лишь  фоном.

Вам наверное интересно при чем тут Рейв? Рейв тут ни при чем!...."